Геостратегические Игры Вокруг Слова «Инвестиции» в Крыму

Каковы планы местной самопровозглашенной власти по повышению инвестиционной привлекательности региона, а также существуют ли перспективы для международных экономических операций Крыма

Автор:

В статье мы поднимем ряд вопросов, важных для понимания ситуации с инвестициями и внешней торговлей на территории оккупированного Крыма. В частности мы рассмотрим, насколько существенны отличия сегодняшней ситуации от ситуации перед оккупацией, каковы планы местной самопровозглашенной власти по повышению инвестиционной привлекательности региона, а также существуют ли перспективы для международных экономических операций Крыма в современных условиях.

Часть первая: Инвестиционная политика в Крыму до оккупации

С самого начала крымского кризиса, вопрос инвестиций в Крым стал одним из наиболее часто обсуждаемых среди сторонников «воссоединения» Крыма с Россией. Эта проблема была вынесена на обсуждение еще в феврале 2014 года, когда на территорию Автономной Республики Крым вторглись знаменитые во всем мире российские «зеленые человечки». Впоследствии самопровозглашенное местное правительство пообещало, что вскоре Крым превратится в инвестиционный рай. Если для решения вопросов военно-стратегического характера во время аннексии Крыма назначили Игоря Стрелкова, Александра Бородая и ряд других, то над задачей обоснования правомерности «воссоединения» Крыма с Россией «на местах» трудилась известная «тройка» — С. Аксенов, В. Константинов и Г. Темиргалиев. Местному населению сулили все сокровища мира и массовые, как российские, так и зарубежные, инвестиции на полуостров. Ряд опубликованных в то время исследований якобы доказывал, что, находясь под властью украинского правительства, Крымский полуостров погрузился в системную коррупцию и был целенаправленно преобразован в дотационный регион.

В этой статье мы поднимем ряд вопросов, важных для понимания ситуации с инвестициями и внешней торговлей на территории оккупированного Крыма. В частности, мы рассмотрим, насколько существенны отличия сегодняшней ситуации от ситуации перед оккупацией, каковы планы местной самопровозглашенной власти по повышению инвестиционной привлекательности региона, а также существуют ли перспективы для международных экономических операций Крыма в современных условиях.

Международный ответ на аннексию Крыма был остро негативным, аннексию осудили Западные страны и международные организации, такие как ОБСЕ, Совет Европы и Организация Объединенных Наций. 27 марта 2014 Генеральной Ассамблеей ООН была принята резолюция № 68/262 о «Территориальной целостности Украины». За ней последовали международные санкции против Российской Федерации за нарушение территориальной целостности Украины, а также против про-российских крымских лидеров. Международные санкции по сути заморозили любую инвестиционную активность в Крыму, но до сих пор не заставили ни Российскую, ни самопровозглашенную крымскую власть изменить свою политику.

Общие характеристики инвестиционной политики в Крыму до оккупации

Вопрос привлечения прямых иностранных инвестиций стал актуальным после старта проекта ЕС «Инициатива совместного сотрудничества в Крыму» в 2010. В рамках этой инициативы стартовало несколько проектов, среди которых «Крымский туризм: диверсификация и поддержка» (февраль, 2012), нацеленный на решение основных проблем развития туризма в Крыму. В Севастополе, в 2012 году, стартовал более специализированный проект «Привлечение прямых международных инвестиций в Севастополь».

Кроме ЕС, инвестиционную привлекательность региона развивало Американское Международное Агентство USAID через свой проект «Местные инвестиции и национальная конкурентоспособность» (LINC). Цель проекта заключалась в «улучшении [Крымского] инвестиционного и бизнес-климата, через развитие разрешительной системы «единого окна» и увеличение способности ключевых отраслей промышленности интегрировать крымские товары и услуги в более дорогие рынки».

Эти проекты стартовали в Крыму по двум причинам. Первой из них стала российско-грузинская война (август, 2008), которой Кремль открыл свою агрессивную политику «защиты прав русских граждан». В то время многие Европейские столицы, а также Вашингтон, четко понимали, что мирное и постепенное «укрощение строптивой» не сработает (Например, как тут и тут). Вторая причина — это подписание «Харьковских соглашений» 21 апреля 2010. С их помощь Россия получила согласие режима Януковича на продление дислокации своего Черноморского морского флота на территории Крыма до 2042 года, вместо 2017, взамен на скидку в цене на газ.

После российско-грузинского конфликта, в 2008 году, Крым и Севастополь увидели немало дипломатических миссий. Симферополь и Севастополь посещали послы и эксперты из разных европейских стран, а также представители международных организаций. Например, послы Чешской Республики, Словакии и Венгрии посетили Крым в 2008 году. В 2009 г. там побывали представители дипломатических миссий Канады, Венгрии, Словакии, Чехии и Японии. Нужно понимать, что Крымская Автономная Республика была фактически обычной административной единицей, автономные права которой были символическими, и поэтому визиты нескольких дипломатических миссий за год были случаями экстраординарной важности.

После подписания «Харьковских соглашений» в апреле 2010 года, число дипломатических миссий экспоненциально возросло — Крым посетили послы Турции, США, Канады, Германии, Франции, Норвегии, Литвы и Словакии, а также миссии из Шотландии, Дании, ЕС, Вышеградских стран, ОБСЕ, министр иностранных дел Швеции и представители разных стран ЕС.

Следует отметить, что каждый официальный визит включал в себя инвестиционную компоненту, а каждая дипломатическая миссия прибывала с уникальным инвестиционным предложением. Например, шведское правительство вместе с ЕБРР выразили желание помочь в создании современной индустриальной установки для очистки сточных вод в Крыму.

После российско-грузинской войны в 2008 году, Брюссель и Вашингтон обратили особое внимание на Черноморский регион. С помощью инвестиций и предпринимательской деятельности европейских и американских компаний, ЕС и США пытались «застолбить место» и закрепить свое присутствие в Крыму и Севастополе.

Интересно, что в 2009 году, после сообщения о желании США открыть консульство в Симферополе, депутаты крымского парламента заняли жесткую позицию по этому поводу. Проект ЕС «Инициатива Восточного партнерства» в Крыму, был создан по той же причине — установление более тесных связей между ЕС, Восточной Европой и странами Южного Кавказа (см здесь и 2).

Пилотные проекты, стартовавшие в Крыму при содействии Европейского Союза, имели далекоидущие политические цели. Евросоюз хотел сотрудничать с крымскими властями, несмотря на то, что европейские компании имели вполне четкое представление о коррумпированности украинской бюрократии, особенно крымской политической и экономической «элиты», в основном связанной с различными типами криминальных группировок. Одним из наиболее ярких примеров этого является нынешний лидер самопровозглашенной республики Сергей Аксенов, который вошел на политическую сцену, будучи участником одной из крымских криминальных группировок.

Проект «Привлечение прямых международных инвестиций в Севастополь» оказался в еще более сложной и неоднозначной ситуации, чем проекты, реализуемые в других частях полуострова. В Крыму, представители проектов ЕС могли обратиться за советом и сотрудничеством в уже действующие организации, такие как представительство ООН в Крыму, Канадское агентство по международному развитию и другие. В Севастополе же это был первый и единственный проект. Там вопрос инвестиционного развития региона местные власти превратили в разменную монету, успешно замедлив процесс реализации проекта [2].

В Севастополе, главной проблемой для реализации проекта было полное равнодушие власти и ее стремление к подковерным играм. Пророссийские чиновники и местные лидеры, вдобавок ко всему, постоянно критиковали проект.

Пилотные проекты в Севастополе и Крыму так и не были реализованы из-за аннексии полуострова Россией в феврале 2014 года, и результат нескольких лет напряженной работы экспертов стал жертвой новых геополитических реалий. Тем не менее, стоит отметить само наличие таких проектов. Их положительные результаты были очевидны.

К сожалению, новая оккупационная власть имеет собственное понимание инвестиционной политики, и уже приступила к работе над инвестиционными стратегиями, стандартами и программами, полностью отличными от разработанных украинскими специалистами с помощью международных партнеров.

Прежде чем приступить к изложению и анализу российской политики в Крыму, мы коротко остановимся на инвестиционной статистике Крыма и Севастополя в до-оккупационный период.

Прямые международные инвестиции в Севастополь и Крым

В конце 2013 года объем прямых иностранных инвестиций в Севастополь составлял $191, 1 млн., что на 22,6% больше, чем в начале 2013 года. Совокупный объем прямых иностранных инвестиций на душу населения составил $499,7 (рис 1).

Рисунок 1. Кумулятивная динамика прямых иностранных инвестиций (31.12.2013), тыс долларов США

gra5ph1

Источник: Социальные и экономические статистические данные Севастополя

Инвестиции поступали в город из 33 стран. Основными источниками прямых международных инвестиций были Кипр (на самом деле Украина) и Российская Федерация (рисунок 2).

Рисунок 2. Распределение прямых совокупных иностранных инвестиций по странам — инвесторам

Источник: Социальные и экономические статистические данные Севастополя

Источник: Социальные и экономические статистические данные Севастополя

С точки зрения привлечения иностранных инвестиций, Крым был в первой десятке среди регионов Украины. По состоянию на 1 октября 2013 г., прямые иностранные инвестиции составили $1 540 млн (начиная с 1994 года совокупно). Прямые иностранные инвестиции на душу населения составили $786,3. За январь-сентябрь 2013 года иностранные инвесторы вложили в Крым $110,2 млн.

Рисунок 3. Прямые иностранные инвестиции в Крым в 2003-2013, $ млн

graph3

По последним данным, в течение 2014 года, количество малых и средних предприятий в Крыму сократилось почти в пять раз — с 120 до 25 тыс. Это сильно увеличивает цену Крыма для России, ведь чем ниже экономическая активность, тем больше зависимость от государства. Несмотря на то, что даже сама по себе аннексия Крыма привела к потере 1,3% ВВП Украины, для государственного бюджета автономная республика была бенефициарным регионом — теперь он субсидируется Российской Федерацией. В то же время, непризнанный статус Крыма отпугивает всех международных и российских инвесторов. Крым имеет все шансы превратиться в «черную дыру» для российской экономики. После нового тура санкций, введенных по отношению к крымским компаниям в декабре 2014 года, многие предприятия вынуждены либо оставить полуостров, либо выживать в условиях санкций.

Часть вторая: Инвестиционная политика России в Крыму в период международной изоляции

В начале декабря 2014 года президент Российской Федерации в своем выступлении перед народом нашел шокирующее «оправдание» российской аннексии Крыма: «Именно здесь, в Крыму, в древнем Херсонесе, или Корсуне, как называют его русские летописцы, был крещен князь Владимир, перед тем, как он окрестил всю Русь». Фактически, этими словами Владимир Путин продемонстрировал не только гражданам России, но и всему миру, что готов заплатить за Крым любую цену.

До начала крымского кризиса, Россия могла финансировать созданные ею и зависимые от нее квази-государства (Приднестровье, Абхазия и Южная Осетия), и это не было тяжелым бременем для российской экономики. После присоединения Крыма государственная фискальная политика относительно вассальных территорий будет в корне пересмотрена. «Федеральная программа социально-экономического развития Автономной Республики Крым и Севастополя до 2020 года», принятая 11 августа 2014, предполагает финансирование Крыма в объеме 681,2 млрд рублей (более $18 млрд), что существенно превышает совокупный объем финансирования других вассальных государств. Крымский бюджет на сегодняшний день достигает 35 млрд рублей, в то время, как единственная экономическая выгода от приобретения Крыма для России заключается в отсутствии платежей за дислокацию Черноморский флота в Севастополе, то есть $100 млн (на сегодняшний день, это составляет около 6 млрд рублей) в год.

По некоторым оценкам, Южная Осетия в 2008 году получила сумму, немногим большую, чем 34 млрд рублей, а Абхазия — 16 млрд рублей. Безвозвратные транши из России составляют около 90% бюджета Южной Осетии и около 40% бюджета Абхазии. Летом помощник президента России Владислав Сурков заявил, что правительство готово удвоить помощь, но это было скорее тактическим решением, попыткой «купить» дружбу и взаимопомощь непризнанных республик и России (см. Статью).

Крымская эйфория или так называемая «Крымская весна» сменилась суровой реальностью изоляции Крыма и от континентальной Украины, и международного сообщества. Электричества, воды, молочных и сельскохозяйственных продуктов, производимых в Крыму, недостаточно, чтобы сделать возможной жизнь на полуострове без Украины. Предновогодние отключения электричества продемонстрировали, насколько Крым зависим от Украины, откуда полуостров получает более 80% своей электроэнергии.

Для бесперебойного снабжения продуктов с материка, крымская власть продлила срок действия упрощенных правил таможенного декларирования товаров, ввозимых из Украины до июня 2015 года, поэтому так называемый «переходный период» не истек в запланированную дату 1 января 2015. К тому же, Украина активно работает над обеспечением полной морской блокады полуострова. По мнению украинских экспертов, главная стратегическая цель Киева состоит в том, чтобы не допустить вовлечения российских судов, расположенных за рубежом, ограничить их только судами российских владельцев под российскими флагами, которых физически недостаточно для завершения передачи военной техники и других товаров на полуостров.

В экономической сфере, результаты, полученные в конце 2014 года, стали слабым утешением для Кремля и власти местных крымских сепаратистов. На фоне сотни аргументов о том, что Крым является «инвестиционным раем», последние статистические данные открывают печальные перспективы. В дополнение к разрыву тесных экономических связей с континентальной Украиной, наиболее значимым негативным фактором стали эффективные санкции, введенные Европейским Союзом, США и рядом других стран.

Санкции развеяли идеалистические мечтания времен «Крымской весны» о легком будущем и о том, что Запад не примет решительных мер против аннексии. Кроме того, изначальная принадлежность российской банковской системы значительно усложняет переход Крыма к российским стандартам. В первой половине 2014 года, ситуация была на грани катастрофы, когда из 180 работающих банков и 1000 банковских филиалов, функционировали только два – «Морской» и «Черноморский банк реконструкции и развития» (даже сейчас многие финансовые сделки идут через наличный расчет). Только в конце 2014 года, несколько мелких банков постепенно зашли на территорию Крыма. Однако, это не сильно облегчило ситуацию, а в результате санкций США, начиная с декабря 2014, международные операторы Visa Inc и Master Card Inc не могут работать в Крыму.

Чтобы выделить влияние санкций на инвестиционную и экономическую активность в Крыму, следует вначале определить другие важные факторы, влияющие и определяющие экономическую и инвестиционную ситуацию в 2015 году:

  • Падение курса рубля;
  • Влияние санкций на экономику России;
  • Падение цен на нефть;
  • Экономический спад в России неизбежно приведет к замораживанию положительной политической шумихи вокруг Крыма, и, следовательно, Крым из «позитивного» символа России может превратиться в символ экономического спада и снижения благосостояния Кремля;
  • Продолжение экономического спада в Крыму. По последним данным, промышленное производство в Севастополе снизилось более чем на 80% по сравнению с прошлым годом;
  • Социальная нестабильность в Крыму, вызванная резким ростом безработицы.

Несмотря на эти тревожные факторы, крымские власти пока еще пытаются убедить население, что «все в порядке», но в то же время, уже начали использовать «осадную риторику». В ответ на санкции, губернатор Севастополя заявил, что не боятся, «Русское побережье начинается в Севастополе. Сегодня мы должны защищать нашу страну».

Мы должны признать, что Крымское и Российское правительство понимают тяжелое положение и пытаются выйти из него с помощью экономических и налоговых льгот для иностранных и российских инвесторов. Важнейшие решения, принятые Москвой в этой сфере, таковы:

  • Создание Министерства по делам Крыма, тогда как Украина создала только департамент по делам Крыма с десятком сотрудников.
  • Создание «свободной экономической зоны» на срок 25 лет с возможностью продления. Согласно новому закону, инвесторы получат упрощенный визовый режим, а также ряд нулевых таможенных пошлин;
  • Привлечение инвестиций с помощью таких институтов, как «Агентство Стратегических Инициатив» и «Деловая Россия»;
  • Привлечение иностранных инвесторов из стран, которые не ввели санкции — Китай, Индия, Турция (Анкара не присоединилась к санкциям), Южная Корея, и даже Зимбабве. По словам посла России в Турции, турецкие предприниматели на сегодняшний день уже частично присутствуют в Крыму.
  • Обещания реализовать такие крупные инвестиционные и инфраструктурные проекты, как «Крымская Силиконовая долина» или «Крымское Монако».
  • Продвижение Крыма на зарубежных рынках, таких как страны Персидского залива и Индия. Во время визита Путина в Индию, российские СМИ сообщили, что крымская делегация якобы подписала меморандум о взаимопонимании с индийской компанией «Индийско-Крымское партнерство».

Все вышеперечисленные компоненты указывают на то, что Кремль ищет пути избавиться от крымской зависимости от российского бюджета. В то же время, следует отметить, что глобальные проекты, такие как «Керченский мост» или «Крымское Монако», останутся только пропагандой.

Выводы

Скорее всего, стратегическая цель оккупации Крыма — его использование в качестве военной базы. Без доступа к материковой части Украины, поставлять все необходимое на полуостров чрезвычайно трудно.

Инвестиционное развитие Крымского полуострова является геополитическим вопросом для Европейского Союза, Соединенных Штатов и России. В то время, как ЕС и США пытались применять «мягкую политику» по Крыму, Россия повела отчаянную партию, и только случайность позволила избежать применения силы во время Крымской оккупации.

В геополитическом плане, Крымский полуостров с начала своего существования, то есть от первого исторического упоминания, принадлежал Средиземноморской культуре Ойкумена (греки, римляне, византийцы, турки). Даже в период Крымского ханства местная политика склонялась к Югу, но ее связь с средиземноморской цивилизацией оборвалась в 1783 году, когда Российская Империя аннексировала Крым и установила на его территории военные и военно-морские базы. С тех пор Крым стал военной или туристической локацией, закрытой для внешнего мира. Только в составе независимой Украины Крым получил некоторую надежду на восстановление своей бывшей роли на международной арене. Но в 2014 году в Восточную Европу вернулись забытые призраки истории.

Примечания

[1] Поликанов, Дмитрий «Россия и НАТО: Укрощение строптивой», Военные технологии; 2010, Том 34, Выпуск 1

[2] «Привлечение прямых иностранных инвестиций в Севастополь», Текущий отчет № 3; Отчетный период: апрель — сентябрь 2013 года.

[3] «Программа развития инвестиционной деятельности Севастополя в 2014 году» — 25.11.2013 № 511 — OD.

Неделя Крыма

Крымский Треугольник: Куда Пропадают Грузовики из Украины (Юрий Городниченко (Калифорнийский университет, Беркли) и Александр Талавера (Шеффилдский университет), сооснователи и члены Редколлегии VoxUkraine)

Крымский Вопрос Без Ответа. Что Делать со Стратегией? (Михаил Минаков, доктор философских наук, президент Фонда качественной политики, Тимофей Милованов, Питтсбургский университет, сооснователь VoxUkraine)

Как Правительство Китая и Французские Консерваторы Помогают России Подрывать Режим Нераспространения Ядерного Оружия (Андреас Умланд, доктор философии, старший научный сотрудник Института евро-атлантического сотрудничества в Киеве и главный редактор книжной серии «Советская и постсоветская политика и общество»)


Внимание

Автор не является сотрудником, не консультирует, не владеет акциями и не получает финансирования ни от одной компании или организации, которая имела бы пользу от этой статьи, а также никак с ними не связан.