Антимонопольная политика. Урок США для Украины. Часть 4. Вертикальные слияния

В отличие от горизонтальных, вертикальные слияния по своей сути не сокращают количество конкурентов на каком-либо рынке

Автор:

В отличие от горизонтальных, вертикальные слияния по своей сути не сокращают количество конкурентов на каком-либо рынке. Кроме того, настоящим успехом экономической теории в последние 50 лет можно считать, что экономисты и органы правоприменения стали лучше понимать логическое обоснование и выгоды для общества от вертикальной интеграции и, соответственно, вертикальных слияний. Тем не менее, при определенных условиях вертикальные слияния могут ослабить конкуренцию и привести к снижению благосостояния.

В отличие от горизонтальных, вертикальные слияния по своей сути не сокращают количество конкурентов на каком-либо рынке. Кроме того, настоящим успехом экономической теории в последние 50 лет можно считать, что экономисты и органы правоприменения стали лучше понимать логическое обоснование и выгоды для общества от вертикальной интеграции и, соответственно, вертикальных слияний. Тем не менее, при определенных условиях вертикальные слияния могут ослабить конкуренцию и привести к снижению благосостояния. В частности, точно также как и с помощью договорных вертикальных ограничений, с помощью вертикальных слияний фирмы, обладающие рыночной властью, могут приобрести или упрочить способность защищать эту власть от конкуренции со стороны других фирм. В этом смысле самым серьезным негативным последствием вертикального слияния, как и в случае с вертикальными ограничениями, может стать упрочение доминирующего или монопольного положения на рынке.

Представим компанию, которая обладает доминирующим положением на определенном рынке продуктов. Допустим, это сталь. Предположим, что сталь — это рынок продуктов в определенной стране, например, в Украине. А теперь предположим, что Украина — это географический рынок для рынка продукта «сталь». Рассмотрим реакцию доминирующего производителя стали на угрозу выхода на украинский рынок новой фирмы, например, международной сталелитейной компании.

Одна из возможных стратегий фирмы-обладательницы доминирующего положения — провести слияние или подписать долгосрочный эксклюзивный договор с производителем важного сырья для производства стали, например железной руды. У любого производителя может быть масса причин, которые будут способствовать повышению конкуренции и эффективности, чтобы провести слияние или заключить долгосрочный контракт с одним из своих поставщиков. Но предположим, что эта железорудная компания — единственный поставщик руды на украинском рынке. Тогда вертикальное слияние между обладателем доминирующего положения на рынке стали и обладателем монополии на железную руду может затруднить новому игроку производство стали в Украине. Если новый участник рынка не уверен, что объединенная фирма будет поставлять железную руду неинтегрированному конкуренту абсолютно на тех же условиях, что и интегрированной сестринской компании, то он начнет искать другие источники поставок руды. А поскольку их, как предполагает наша гипотетическая ситуация, на этом рынке нет, то поставки будут либо менее надежными, либо более дорогими, либо будут проигрывать по качеству сырья. Соответственно, путем покупки поставщика сырья — вертикального слияния — доминирующая фирма затруднит конкурентам выход на рынок (или расширение бизнеса), упрочив свое доминирующее положение.

Правда, подобная стратегия не будет слишком эффективной при предотвращении выхода на рынок производителей, расположенных за пределами Украины и желающих поставлять в нее сталь. Чтобы защититься от подобного выхода нового игрока на рынок, внутренний производитель должен провести вертикальное слияние со сбытовой фирмой, то есть оптовым продавцом или дистрибьютором. Если сталь несложно отгружать, например, в украинские порты Одесса или Мариуполь, либо в пункты ввоза на границе с Польшей или Словакией, но для эффективной конкуренции и обслуживания покупателей нужна разветвленная сеть складов стали (иногда их называют логистическими центрами), то возможной стратегией защиты для местного производителя может стать вертикальное слияние (или, опять же, долгосрочный эксклюзивный контракт) с компанией, чья сеть складов стали обладает доминирующим или монопольным положением. Опять же, если новый участник рынка не уверен, что объединенная фирма будет оказывать складские услуги неинтегрированному конкуренту абсолютно на тех же условиях, что и интегрированной сестринской компании, то он начнет искать других поставщиков услуг — например склады, которые специализируются на хранении строительных материалов, а не стали. Иначе его затраты по выходу на украинский рынок возрастут из-за необходимости строить складскую сеть. То есть и в данном случае вертикальное слияние потенциально затрудняет выход нового игрока — на этот раз предполагаемого импортера — на рынок, и упрочает доминирующее положение местного производителя.

Однако важно знать, насколько такой антиконкурентный сценарий вертикального слияния соответствует реальным фактам. У органов правоприменения США и ЕС нет формальных инструкций по анализу вертикальных слияний. Но если внимательно прочитать два предыдущих абзаца, то можно убедиться, что многие его этапы аналогичны анализу горизонтальных слияний. Можно не слишком беспокоиться о потенциальном упрочении доминирующего положения компании, пока не стало ясно, что это действительно доминирующая фирма (в терминах американского права — фирма, обладающая рыночной властью), и что она может стать доминирующей на определенном рынке продуктов или географическом рынке. Поэтому два предложенных выше сценария предполагают, что при анализе вертикального слияния нужно определить рынок продуктов или географический рынок (либо оба сразу), а также рыночную долю и препятствия для выхода новых участников на рынок. Вспомним заключительную часть второго сценария. Если расследование показало, что сеть складов строительных материалов может стать оптовым продавцом стали, и если у этой сети достаточно большой географический охват, чтобы импортер эффективно конкурировал с местным производителем стали, то гипотетическая вертикальная сделка местного производителя и сети складов стали на самом деле не упрочит доминирующего положения местного игрока. А стало быть, оспаривать сделку на этом основании нельзя.

Как и в случае с анализом горизонтальных слияний, органы правоприменения и суды обычно рассматривают эффективность, которую дает вертикальное слияние, и сравнивают ее с потенциальным вредом от ослабления конкуренции. Как мы упоминали в начале этого раздела, большинство важных факторов эффективности экономисты поняли за последние полвека: в результате вертикального слияния двух независимых фирм снижаются транзакционные издержки. Причина — межфирменные рыночные транзакции превращаются во внутрифирменные[2]. Кроме того, вертикальное слияние двух компаний, обладающих рыночной властью, может повысить эффективность распределения ресурсов, поскольку такие внутрифирменные транзакции осуществляются по предельным, а не по средним затратам[3].

Интересная особенность вертикальных слияний всплыла, когда ЕС принимал решение блокировать слияние GE и Honeywell. Если помните, законность слияния по нормам ЕС определяется в зависимости от того, приобретает (усиливает) ли игрок доминирующее положение на рынке (в США, напротив, речь идет о существенном ослаблении конкуренции — SLC). А что, если слияние даст значительное повышение эффективности, но только для доминирующей фирмы? По нормам США, существенное повышение эффективности рассматривается как преимущество сделки, поскольку возрастает благосостояние продавца, а во многих случаях и благосостояние потребителей из-за снижения цен. (Даже монополист обычно видит, что в его интересах снизить цену, если уменьшились затраты). По нормам ЕС, повышение эффективности может расцениваться как вредный фактор, если оно упрочивает доминирующее положение игрока на рынке. Даже если в краткосрочной перспективе цены снизятся, есть опасения, что в более долгосрочной перспективе фирма, которая упрочила доминирующее положение, будет им злоупотреблять. Эта проблема, похоже, единственный серьезный предмет разногласий в правоприменении ЕС и США.

Заключение

Слияния, как правило, не вредят конкуренции. Поэтому большинство антимонопольных органов обычно разрешают большинство таких сделок, не оспаривая их и даже не проводя углубленного расследования. Но при определенных обстоятельствах и горизонтальные, и вертикальные слияния могут ослабить конкуренцию на каком-либо рынке. Поэтому у большинства антимонопольных органов есть право блокировать такие слияния или настаивать на структурных мероприятиях по защите конкуренции до утверждения сделки. Было время, когда антимонопольное законодательство некоторых стран не регламентировало слияния — например, в США до Закона Клейтона или в Аргентине в 1990-х. Однако когда становилось понятно, что это серьезный недостаток, который мешает органам правоприменения защищать конкуренцию на рынке, его обычно устраняли. Разумное основанное на экономической литературе применение права в области слияний — важный компонент режима эффективной защиты конкуренции.

Примечания:

[1] Высказанные в статье взгляды могут не совпадать с позицией Министерства юстиции США.

[2] Смотри Ronald Coase, “The Nature of the Firm,” Economica 4 n.s. (1937), 386-405; Coase, “The R.H. Coase Lectures,” Journal of Law, Economics, & Organization 4 (1988), 3-47; and Oliver Williamson, Markets and Hierarchies: Analysis and Antitrust Implications, New York: Free Press, 1975.

[3] J.J. Spengler, “Vertical Integration and Antitrust Policy,” Journal of Political Economy 58 (1950), 347-352.

Первая часть статьи, посвященная сговорам между компаниями и злоупотреблению доминирующим положением, опубликована здесь.

Вторая часть статьи, посвященная слияниям и поглощениям, опубликована здесь.

Чтобы ознакомиться с третьей частью статьи, посетите эту страницу.


Внимание

The author doesn`t work for, consult to, own shares in or receive funding from any company or organization that would benefit from this article, and have no relevant affiliations