Нефтяной понедельник. Как снижение цен повлияет на Украину? | VoxUkraine

Нефтяной понедельник. Как снижение цен повлияет на Украину?

22 апреля 2020
FacebookTwitterTelegram
525

До этого цены на нефть иногда опускались до нескольких долларов, когда хранилища были на грани заполнения, но никогда не пересекали отметки 0. В чем причина нефтяного «обнуления», какая ситуация сейчас на нефтяном рынке и как это повлияет на экономику Украины и отношения с Россией?

Причина отрицательной цены – в резком падении спроса на нефть из-за частичной остановки экономики и падения спроса на топливо. Страны, которые торгуют нефтью, пока не сворачивают добычу, потому что ждут снятия карантина и запуска экономики – промышленность заработает в полную силу и спрос резко вырастет.

По поводу обнуления цен на WTI. Тут важно понимать, что речь идет не о цене нефти вообще, а о цене на фьючерс-контракт на покупку нефти. И скачок произошел за день до закрытия майских фьючерсов. На июньскую нефть цена в это время около 20 долларов за баррель.

Как работает рынок нефти?

Фьючерс — это обязательство на поставку некоего товара (либо, иногда, его финансового эквивалента) в будущем.

Рынок нефтяных фьючерсов проводит операции с деривативами, то есть с помощью контрактов, которые позволяют покупать-продавать нефть, грубо говоря, не имея ее на руках. Но фьючерс на нефть марки WTI на чикагской бирже поставочный. И когда приходит время экспирации, то есть срок контракта заканчивается, на следующий день надо или купить эту нефть или поставить ее кому-то. Точка приема — город Кушинг в штате Оклахома (США), там большой нефтяной хаб, как раз недалеко от Чикаго. 

Но поскольку за последние пару десятилетий очень сильно изменился сам рынок, стало намного больше финансовых игроков на нем, резко вырос его объем — ведь финансовые игроки участвуют наравне с игроками из реального сектора, нефтяными компаниями, и непонятно, где они просто используют свои фьючерсы, чтобы какие-то риски перекрыть, а где они сами же и играют — с городом Кушингом возникает все больше проблем, логистических в первую очередь. 

Во-первых, пропускная способность хаба ограничена и не всегда справляется с таким обьёмом: незадолго до обвала, Кушинг был физически заполнен на 70% и остальные мощности были уже законтрактованы. Во-вторых, его нельзя быстро расширить, как это можно было бы сделать, подогнав к нему танкеры в океане. Поэтому в дни экспирации цены на фьючерсы скачут — и уже не раз резко колебались, хотя до отрицательной величины упали впервые. Как только в системе bottle neck (узкое горлышко), нехватка нефти и поставку сделать невозможно, или наоборот избыток и принять новую нефть некуда, возникают странные ситуации, когда трейдерам даже могут доплачивать за то, чтобы они забрали нефть. 

Именно это и произошло 20 апреля — и заработали на этом те, у кого в районе Оклахомы были цистерны на время или какие-то хранилища. Кстати, похожая ситуация была в понедельник на спотовом (то есть с поставкой немедленно) рынке с ценой на российскую нефть Urals — там она также ниже нуля. О чем это говорит? Что мировой рынок нефти перегружен. 

Теперь нефть ничего не будет стоить?

Не нужно воспринимать эту ситуацию как показатель того, что нефть теперь ничего не будет стоить. Нет, уже сегодня утром, 21 апреля, на следующий месяц поставки разные виды марок нефти, включая WTI, стоили 20+ долларов за баррель — впрочем, в течение дня цена на ближайший ф’ючерс марки WTI упала до 11 долларов за баррель, просели ниже 20 долларов за баррель и цены на Brent.

Однако если карантин продолжат на неопределённый срок, а производители нефти не будут сворачивать производство, её станет столько, что будет негде хранить, и цены продолжат падать. Ответом на это будет сворачивание производства. Его не останавливают сейчас, потому что все ожидают, что экономика вот-вот заработает. 

Также на эту ситуацию наложился внешнеполитический фактор — ОПЕК. Члены ОПЕК долгое время не могли между собой договориться об ограничении производства в ответ на перенасыщение рынка. Россия и Саудовская Аравия устроили между собой войну, потом Мексика подключилась, у них своя позиция, — и в результате они продолжили заваливать уже перегруженный рынок нефтью.

Раньше они договаривались между собой и сокращали производство — в первую очередь, Саудовская Аравия как самый большой производитель,- и контролировали предложение на рынке. А сейчас всем нужны деньги, и добыча нефти не прекращается.

В чем выгода для Украины?

Для нас эта ситуация несомненно выгодна — так как у нас ценовая вилка на экспорте и импорте. Например, агросектор зарабатывает маржу на разнице между ценами на импортируемые энергоносители и экспортируемую свою продукцию. Топливо — значительная часть их расходов.

Поскольку цены на продовольственные товары более-менее держатся (хотя некоторые из них, например, на кукурузу пошли вниз), а цены на энергоносители резко упали, наша маржа вырастет. Хотя цены на продовольственные товары тоже могут пойти вниз, вслед за энергоносителями, потому как дешевле нефть, дешевле бензин, дешевле, соответственно, себестоимость производства зерна, в которую заложена частично цена топлива. Посмотрим, как это повлияет на цены на природный газ, который мы тоже производим и импортируем, как скажется на экономической ситуации вообще. 

Можно ожидать подобных скачков цены в будущем?

Цикличность нефтяного рынка работает так: периодическое перенасыщение, цена падает, многие проекты по нефтедобыче, по альтернативным источникам энергии становятся убыточными или невыгодными, из-за этого предложение на рынке сворачивается, цены долгосрочно поднимаются в ответ на долгосрочный спад предложения разворачиваются до этого замороженные проекты. Также на рынок влияют кризисы в мировой экономике, снижающие спрос, и политика ОПЕК.

Это длинный цикл, потому что нефтяные проекты требуют много инвестиций и долго разворачиваются. На выходе, как правило, через несколько лет опять будет рост спроса, но все это накладывается на изменения в технологиях, которые постепенно уходят от использования ископаемых энергоносителей в зеленую энергетику и так далее.

Для России наступили тяжелые времена?

Я бы не переоценивал влияние этих факторов на Россию, потому что у них, как и у многих нефтяных экономик, существуют Фонд национального благосостояния и другие резервные фонды — чтобы снимать сливки с нефтяного рынка, когда там высокие цены, и использовать их, когда цены падают. Сейчас они уже залезли в эти фонды, чтобы сгладить влияние на экономику. 

Пока что это не делает Россию сильно уязвимой, хотя, конечно, они страдают так же как все остальные, помимо нефтяного, и от кризиса, связанного с коронавирусом.

Может, потом они и решат, что им критически нужно снимать санкции, потому то население уже начинает быть недовольно режимом – но сказать, что уже завтра в России случится коллапс, нельзя.

Авторы
  • Павел Кухта, экс-первый заместитель министра Министерства развития экономики, торговли и сельского хозяйства Украины

Что читать дальше