Роберт Конрад: Налоговая Реформа — это не Просто Изменение Законодательства

Рецензия является ответом на статью Налоговая Реформа — Что Обсуждается, написанную Павлом Кухтой, членом Редколлегии іМоРе

Автор:

Роберт Конрад с Дюкского университета отмечает, что радикальная налоговая реформа в украинском контексте означает расширение налоговой базы и ликвидацию ярко выраженной неэффективности в текущей системе.  Проведение налоговой реформы потребует немалых усилий. Выход в этой ситуации один – правительство должно собрать налоговые поступления с тех, кто увиливает от уплаты налогов. По этой причине, крайне важно внедрять все ограничения в максимально прозрачной манере, чтобы радикальная реформа проходила упорядочено.

Мне очень приятно прокомментировать статью «Налоговая реформа: Что является предметом обсуждений?». На мой взгляд, этот обзор очень полезен, и я рекомендую с ним ознакомится всем, кого интересуют проблемы, связанные с налоговой реформой в Украине. Как американский экономист с опытом работы в сфере налогообложения во всем мире, я хотел бы использовать эту статью в качестве отправной точки для более общего обсуждения альтернатив для украинской налоговой реформы.

Толчок для налоговой реформы

Автор отмечает, что налоговая реформа должна сконцентрироваться на:

  • Детенизации экономики
  • Унификации системы налогообложения
  • Снижении действующих ставок налогообложения на фонд оплаты труда
  • Улучшении администрирования налогов и упрощении этой процедуры
  • Исправлении «Правил игры», включая мораторий на внесение изменений в Налоговый кодекс

Ниже я прокомментирую все вышеупомянутые пункты, но, по моему мнению, в список следует добавить еще две цели. Во-первых, любые изменения налоговой системы должны быть фискально-устойчивыми. В конце концов, цель налоговой системы – это генерация достаточного количества ресурсов, чтобы государственный сектор был в состоянии профинансировать правительственные расходы. Большинство согласится, что необходимо снижать объемы перераспределения ВВП через бюджет с помощью приватизации, дерегуляции и других реформ. Конкретный уровень роли государства в украинский экономике может обсуждаться, но существует полное понимание того, что любое снижение/ослабление относительной роли правительства потребует времени. Поэтому, чрезвычайно важно, чтобы налоговая реформа оставила правительству возможность профинансировать текущие рациональные расходы, а со временем ввести другие реформы. В международном масштабе, устойчивость необходима сейчас для того, чтобы продемонстрировать намерения Украины и, возможно, привлечь внешнее финансирование. Что еще более важно, фискальная устойчивость необходима для украинского народа, чтобы продемонстрировать, что правительство способно принимать ответственные решения, предоставлять важные правительственные услуги и финансировать необходимые реформы.

Устойчивость налоговой реформы зависит от того, примет ли ее общественное большинство. Такого понятия как простая налоговая система не существует, потому что никто не хочет платить налоги, и большинство людей, в том числе и я, пойдут на любые законные, а иногда и незаконные уловки, чтобы их минимизировать. Очевидно, что существующей налоговой системе не хватает поддержки общественности, но как показывает недавний украинский опыт, быстрая настройка и всяческие ухищрения, к примеру, налогообложение малого бизнеса, усугубили ситуацию и подорвали доверие общественности. Поэтому, отличительными чертами этой реформы должны стать реализм и честность, если мы хотим, чтобы она была успешной. Общество должно быть реалистами. Тем людям, которые сейчас уплачивают небольшую сумму налогов, или не платят ничего вообще, придется заплатить относительно больше. Кроме того, правительству необходимо честно изложить всю суть реформы и не продвигать идей быстрых «заплаток» и «затыкания дыр» в той сфере, которая по своей сути является очень сложным комплексным процессом разработки и администрирования налоговых систем.

Во-вторых, реформа должна осуществлять рационально прогрессивное воздействие. Группы населения, чьи доходы относительно невысоки, должны ощутить реальное снижение налогового бремени. Безусловно, одним из методов является модернизация процедуры освобождения личного дохода от налогообложения таким образом, чтобы работники с низким уровнем дохода, также, как и предприниматели, которые ведут совсем мелкий бизнес, платили меньше налогов, либо не платили их вообще. Похожего результата можно добиться с помощью расширения базы НДС и увеличения акцизов. Малообеспеченные люди питаются у себя дома, выращивают свои собственные овощи/фрукты, и обеспечивают домашнее медицинское обслуживание, помимо другой хозяйственной деятельности, для которой существуют рыночные аналоги. Одним словом, во многом их потребление находится вне области действия НДС. НДС при этом ограничивается сектором организованного рынка. Таким образом, в сущности НДС является прогрессивным налогом, потому что доля потребления, реализованная на официальных рынках в любой период времени, как правило, увеличивается с ростом дохода.

Учет капиталовложений как текущих расходов, эстонская модель налогообложения прибыли предприятий, и стандартный учет доходов

  • Учет капиталовложений как текущих расходов

Автор предполагает, что списание капиталовложений на расходы может стать упрощением и жизнеспособной альтернативой более стандартному учету доходов для налога на прибыль. Я полагаю, что в украинском контексте такое списание не является ни простым, ни жизнеспособным решением. Для того чтобы полное списание капиталовложений в расходы было экономически нейтральным, оно должно сопровождаться: нулевым вычетом процентных расходов (иначе списание капиталовложений на расходы вместе с вычетом процентов может привести к двойным вычетам, которые в свою очередь приведут к отрицательным эффективным ставкам налогообложения), отсутствию учета товарно-материальных запасов, дебиторской или кредиторской задолженности, и неограниченным переносам налогового убытка на будущие периоды (скорректированных на инфляцию). Другими словами, полный кассовый принцип учета. Простое разрешение списывать капитальные инвестиции на расходы и одновременное применение других составляющих системы налога на прибыль приведет к отрицательным эффективным налоговым ставкам, к тому, как экономисты вычисляют эффективные налоговые ставки. Иначе говоря, правительство будет обеспечивать налоговую субсидию капиталу и, следовательно, будет использовать налоговую систему для дискриминации рабочей силы.

Мне известна только одна страна (Тимор-Лесте), которая использует кассовый метод учета для налогообложения крупных предприятий. В отличие от Украины, Тимор-Лесте бедная, но богатая на природные ресурсы страна с небольшой численностью населения. Но даже эта страна планирует изменить свои процедуры, из-за сложного администрирования. Сложности в администрировании объясняются множеством стимулов, которые создает система кассового учета по сравнению с системой накопительного учета. Например, аудиторы должны проверить и совершение сделки, и ее оплату наличными в текущем периоде. Таким образом, проверке подлежит не один, а два документа. Так происходит потому что, по меньшей мере, в одном варианте кассового учета, средства, полученные взаймы, и выплаты капитала не принимаются во внимание, потому что процентные выплаты не включаются в расходы. Таким образом, компания может продавать товары другой компании, и оформить это как кредит компании-продавцу от компании-покупателя. Затем компания-покупатель может списать кредит как безнадежный долг, чтобы у компании-продавца не возникало налогооблагаемого дохода, а компания-покупатель могла осуществить полный вычет. Отсутствие проверок соответствий в документации, по крайней мере, на выборочной основе, — одна из нескольких причин обхода системы. Кроме этой, в системе кассового учета существует множество других уловок, например, ускорение закупок и задержка оплат с целью снижения налогооблагаемой базы, в некоторых случаях ниже нуля, чтобы создать неограниченные переносы налогового убытка на будущие периоды. Одним словом, списание инвестиций на расходы не является ни упрощением, ни административно простой системой.

  • Эстонская модель

Эстонская система налогообложения прибыли автор предложил в качестве альтернативы стандартному налогу на прибыль. В эстонской системе налога на прибыль как такового не существует; он уплачивается, только в случае распределения дивидендов. Автор, однако, не упомянул, что эта система была создана в качестве одного из возможных путей устранения двойного налогообложения корпоративной прибыли. Безусловно, система дает мотивацию сохранить выручку в распоряжении компании, но это не основная ее экономическая цель. А любую систему, на мой взгляд, необходимо оценивать именно с точки зрения ее экономических целей (в данном случае — одноразовое налогообложение корпоративного дохода), и эстонская модель такой тест провалила.

Во-первых, акционеры преумножают благосостояние в период, когда корпорация, акциями которой они владеют, получает прибыль. Следовательно, облагать налогом доходы нужно тогда, когда они растут, потому что именно тогда акционеры приумножают свой капитал. Выплата дивидендов – это всего лишь подтверждение увеличения благосостояния акционера. Когда акционеры оставляют полученную прибыль в распоряжении компании для ее реинвестирования, тогда отсрочка налогообложения по усмотрению налогоплательщика является по сути беспроцентной ссудой для компании и ее акционеров от государства. Такая ссуда должна быть предусмотрена в любом варианте налогового бюджетирования, и в случае Украины она приведет к увеличению бюджетного дефицита, потому что, любой беспроцентный кредит кто-то должен профинансировать. К тому же, акционеры используют дивиденды не только для того, чтобы просто увеличить потребление. Дивиденды, например, могут быть источником инвестиций в другие коммерческие проекты. Налог на прибыль, опять-таки, распределенную на усмотрение акционера, создает некий эффект блокирования, который может привести к неэффективным инвестициям.

Среди налоговых экспертов существует старая поговорка, что «отсроченный налог – неуплаченный налог», и это поднимает второй административный вопрос. С моей точки зрения, если сравнивать со стандартным налогообложением прибыли, эстонская система является такой же (если не более сложной) с точки зрения администрирования, как и любая другая. Дело в том, что акционеры располагают огромным числом способов выведения денег из компании, помимо выплаты дивидендов. Автор правильно обращает внимание, что одним таких способов является отнесение личных расходов на корпоративные затраты, но это только один метод трансфертных схем. Существует множество злоупотреблений потенциальным трансфертным ценообразованием, которыми умело пользуются связанные стороны. Например, акционеры могут выдать ссуду корпорации и вместо налогооблагаемых дивидендов получить процентный доход. Таким образом, если налоговая администрация Эстонии хорошо выполняет свою работу, интенсивные налоговые проверки должны быть ее неотъемлемой частью; фактически, особой разницы в администрировании по сравнению со стандартным корпоративным налогом быть не должно. Кроме того, сейчас встал вопрос самого определения дивидендов, потому что последние (в отличие от других выплат, таких как возврат капитала акционерам или погашение кредитов) являются предметом налогообложения доходов от капитала.

И, наконец, в Эстонии вообще не облагаются налогом иностранные инвестиции, потому что дивиденды, выплаченные нерезидентам, не подлежат налогообложению[1]. Таким образом, освобождая от налогов иностранные инвестиции, эстонская система прямо дискриминирует национальный капитал и рабочую силу. Этот подход создает дополнительный стимул для злоупотреблений системой. Например, резидент Эстонии может основать холдинговую компанию в Нидерландах (страна, на мой взгляд, должна быть обозначена как налоговая гавань), а нидерландская холдинговая компания затем может инвестировать в Эстонию без уплаты налогов на дивиденды.

Учитывая открытую дискриминацию своих собственных граждан, административное бремя, и потенциал для злоупотреблений, созданные системой, я полагаю, что Украине не стоит серьезно рассматривать эстонскую модель в качестве возможного ориентира. В особенности, если учесть, что в Эстонии проживает только 1,35 млн людей, или менее 3% населения Украины, и что ВВП на душу населения в Эстонии в 3 раза превышает аналогичный показатель в Украине по паритету покупательной способности [2]. Даже если для Эстонии эта модель оказалась приемлемой, в этом контексте нет никаких причин полагать, что она также подойдет и для Украины.

Модификация нынешней системы

Я полагаю, что наиболее эффективным путем преобразования налога на прибыль будет модификация существующей системы:

  • Ликвидация большинства, если не всех, налоговых льгот, налоговых каникул и других дискриминационных аспектов налога на прибыль
  • Сокращение вариантов уплаты налога на прибыль, и принятие одной прозрачной системы правил для всех
  • Интеграция налога на прибыль с целью недопущения двойного налогообложения дохода

Расширение налоговой базы – это, безусловно, наилучший метод понижения ставок до минимума. В настоящий момент Украина начинает рассчитывать чистую прибыль в соответствии с международными стандартами отчетности. Предположительно это было введено для упрощения системы, но как это ни парадоксально, оно существенно усложнило ситуацию по двум причинам. Во-первых, корректировки отчетности для установления налогооблагаемого дохода просто неизбежны из-за разницы в амортизации, процедуры переноса налогового убытка на будущие периоды, трансфертного ценообразования и других проблем. Во-вторых, международные стандарты отчетности тоже предусматривают разнообразие методов для вычисления определенных доходов и расходов. Кроме того, международные стандарты отчетности могут навязывать использование конкретного метода для вычисления отдельных позиций, как например положительной или отрицательной курсовой разницы. Тот факт, что бухгалтера приняли за основу один из многих потенциальных способов, не должен снимать с правительства ответственности по оценке этой учетной политики и ее влияния на доходы от сбора налогов. Любой метод может предполагать различные следствия для экономической политики отдельно взятой страны, и правительству необходимо принять ясное, прозрачное решение об использовании самого практичного и нейтрального метода, учитывая перспективы этой страны и временные рамки.

Одним из преимуществ эстонской системы является то, что в ней доход подлежит налогообложению только один раз, хотя и с действующей ставкой ниже, чем стандартные 20%. Однако, существуют и другие методы избегания двойного налогообложения. Я считаю, что необходимо устранить двойное налогообложение, но удостовериться при этом, что один раз доход от капитала точно облагается налогом. Такой результат, в общем случае, невозможен в эстонской системе или в системе, где дивиденды освобождаются от налогообложения, при сохранении уплаты налога на прибыль. В последнем случае дело в том, что для полного налогообложения прибыли с освобождением дивидендов от налогообложения, база корпоративного налога на прибыль не может включать в себя перенос налогового убытка на будущие периоды или любых других отклонений от экономических концепций, с практической точки зрения это невозможно. Однако, существуют другие методы, которые гарантируют, что распределение дивидендов акционерам полностью облагается налогом по предусмотренной законом корпоративной ставке, и Украина должна выбрать самый подходящий. К сожалению, внедрение такого изменения в этом году невозможно, но я считаю, что его крайне важно внести в общую программу реформы в последующие два года.

  • Снизить налоги на фонд заработной платы

Очень часто звучат призывы объединить социальный налог и подоходный налог (НДФЛ) в один налог на доходы от рабочей силы. Для того чтобы успешно осуществить это нововведение, необходимо разрешить ряд вопросов. Во-первых, необходимо установить четкое разделение между сбором налогами и распределением налоговых поступлений между общим фондом бюджета и социальными фондами. Несмотря на то, что это – механическая бухгалтерская операция, необходимо повысить информированность общественности о разнице между общими налоговыми поступлениями и распределением этих поступлений. В Украине не существует трастового фонда для пенсионных выплат, и все пенсии должны выплачиваться из текущих поступлений. Отсутствие полностью финансируемого пенсионного обеспечения, распределение определенных налогов в социальные фонды, как это делается сейчас, — это просто бухгалтерская операция без экономического содержания. Так происходит, потому что дефицит социальных фондов сейчас компенсируется либо из бюджета, либо путем сокращения пенсионных льгот. Если в первом случае просто исходят из предположения, что на дефицит консолидированного бюджета это никак не влияет, то второй путь рассматривают (и, наверное, и должны рассматривать) как социально неприемлемый. И пенсионеры, и вкладчики пенсионных фондов должны это осознавать, потому что нынешние пенсионеры всю жизнь платили взносы, ожидая, что будут получать базовую пенсию. Более того, возможно, распределение части общих доходов в социальные фонды — это рациональное решение, которое даст понятный источник доходов, который можно будет использовать на старте пенсионной реформы.

Распределение поступлений от НДФЛ в общий фонд бюджета также будет иметь свои последствия, потому что в настоящий момент этот налог поступает в местные бюджеты. На мой взгляд, распределение части НДФЛ на местном уровне – это серьезная политическая ошибка, потому что для налогоплательщиков важно понимать, что правительство стремится к более комплексному налогообложению доходов, совмещая систему налога на прибыль с НДФЛ, и используя различные методы налогообложения процентного и других видов дохода. Поэтому, с моей точки зрения, лучше совмещать все виды подоходных налогов (налог на прибыль, НДФЛ, и другие налоговые удержания) с НДС и прочими источниками доходов.  Затем часть объединенных поступлений может быть перенаправлена в бюджеты местных властей. Такой подход повысит прозрачность и, возможно, поможет достичь лучших результатов в отношении финансового потенциала местных властей. У местных властей также должны быть свои собственные источники дохода, в частности поступления от налога на недвижимость.

Наконец, существуют концептуальные и практические вопросы объединения сборов в социальные фонды с индивидуальным подоходным налогом в одно целое. Проблема в том, что большая часть сборов в социальные фонды лежит на плечах работодателей и нет четкого понимания, что она относится к налогам на рабочую силу. Поэтому, объединение социальных сборов и НДФЛ приведет к корректировке заработной платы, включающей налоги, и увеличению налогового бремени на работников. То есть, номинальные зарплаты увеличатся, но в тоже время, по крайней мере, часть, если не вся сума увеличения сразу уйдет на уплату налогов. Даже будучи чисто механическим, такое изменение для успеха потребует широкого понимания общественности. Кроме того, будут подниматься вопросы, кто получит выгоду от снижения налоговых ставок, если изменения ставок и объединение налогов будут реализованы одновременно.

В краткосрочной перспективе, снижение ставки социальных сборов без объединения налогов, как правило, будет означать увеличение посленалоговых денежных потоков для работодателей, в то время как снижение ставок НДФЛ, опять-таки без объединения, увеличит чистые доходы физических лиц. Если ставки будут объединены в одну структуру, а общие ставки понизятся, возникнет дополнительный вопрос, кто получит первоначальную выгоду от снижения ставок. Государство может попытаться повлиять на работодателей, чтобы те повысили заработную плату рабочим на сумму общего уменьшения налоговой ставки (не изменяя краткосрочные расходы на заработную плату), или же, наоборот, разрешить работодателям отнести полностью все снижение на свой счет (фактически сохраняя неизменным чистый доход работников после выплаты налогов), опять-таки в краткосрочной перспективе. В то время, как долгосрочный эффект воздействия на заработную плату будет определяться динамикой рынка, краткосрочное распределение прибыли и убытков может повлиять на восприятие объединенного налога, опять-таки при условии снижения комбинированной ставки. Кроме того, благодаря объединению могут возникнуть некоторые стимулы к действиям, которые необходимо изучить перед утверждением такого изменения административным распоряжением. Например, работодатели могут приостановить процесс найма новых сотрудников до момента снижения ставок или даже уволить существующий персонала и опять-таки принять на работу, предложив им скорректированную заработную плату уже после завершения процесса объединения ставок.

В целом, при том, что концептуально сочетание ставок выглядит экономически привлекательным и, по моему мнению, должно стать целью реформы, необходимо приложить все усилия, чтобы реализовать это предложение успешно и с минимальным ущербом, и для местных бюджетов, и для рынка труда.

  • Детенизация экономики

Считается, что снижение комбинированного налога на рабочую силу понизит привлекательность выплаты заработной платы «в конвертах». Это действительно так, но не стоит ожидать, что такое сокращение расходов резко изменит характер теневой экономики, по крайней мере, по трем причинам. Во-первых, при нынешнем уровне соблюдения законодательных норм вероятность попасться на выплате теневой заработной платы относительно низкая, а затраты на подкуп налогового чиновника невысоки в сравнении с расходами на приведение операций в соответствие с требованиями законодательства. Таким образом, не стоит слишком надеяться, что снижение ставок налогообложения выведет заработную плату из тени. То есть, если вероятность быть пойманным крайне мала, то снижение налога без введения честного администрирования может и не снизить выгоды от теневой экономики настолько, чтобы стимулировать соблюдение законодательных норм. Во-вторых, те, кто сейчас не соблюдает все нормы, и кто мог бы потенциально их соблюдать, могут принять решение остаться «в тени» из-за опасений по поводу своего «темного» прошлого. Как только компания зарегистрируется и начнет выполнять новые обязательства, ничто не удержит честные налоговые органы от начисления задолженности по выплате налогов за предыдущие периоды, плюс штрафов и пени за уклонение от налогов в прошлом. Одним из решений этой проблемы может стать амнистия для всех тех, кто принимает решение о соблюдении всех правил и продолжает свою деятельность в законодательном поле. Однако, как правило, амнистия не очень эффективна, потому что те, кто соблюдал все нормы в прошлом, почувствуют себя притесненными, ведь они подчинялись системе, а те, кто уклонился, выходят сухими из воды, если только они не видят изменений в администрировании. Кроме того, желание воспользоваться амнистией может и не возникнуть, если у налогоплательщиков есть возможность остаться в тени и платить небольшую сумму налогов или не платить вообще, будучи уверенными, что их не поймают. В-третьих, я считаю, что для работников с низким и средним уровнем дохода нет никакого смысла выходить из тени из-за открытой дискриминации, созданной современным режимом налогообложения малого и среднего бизнеса; вопрос, к которому я сейчас перейду.

  • Реформирование налогообложения малого и среднего бизнеса

Автор статьи корректно освещает большинство вопросов о режиме налогообложения малого и среднего бизнеса (МСБ). Все же был упущен один вопрос, который касается горизонтального и вертикального неравенства, созданного дискриминационной политикой по налогообложению малого и среднего бизнеса. Например, рассмотрим налоговую классификацию 1 уровня. Предприниматель платит небольшую фиксированную плату вместо налогов, если оборот от его деятельности составляет менее 300 000 грн в год. Эта цифра более чем в три раза превышает годовой доход на душу населения в Украине. Даже если чистый денежный поток в результате законной торговли относительно невысокий, скажем, только 50% от оборота, ставка действующего налога по-прежнему ниже, чем ставка налогообложения наемных работников в аналогичных обстоятельствах. Например, если у трейдера оборот составляет 300 000 грн, а чистый денежный поток – 120 000 грн, то ставка налога может составить всего 10% от ежемесячной минимальной заработной платы; в тоже время работник, который зарабатывает 10 000 грн в месяц, платит налог по ставке 15% плюс еще почти 40% социального налога. Для предпринимателей 3 группы классификации ситуация еще хуже. Возьмем, к примеру, индивидуального предпринимателя (врача, юриста, программиста, экономиста, бухгалтера или других профессиональных), который зарабатывает 10 000 000 грн в год, причем большая часть из суммы — это чистая прибыль. Соответственно, он заплатит 40 000 грн налогов (фактическая ставка 4%) в год. Если бы этот предприниматель работал по найму, он/она заплатил бы свыше 125 000 грн подоходного налога, помимо социальных взносов. Это просто ужасающая дискриминация, и в результате работники могут сильно негодовать по этому поводу. Они и их работодатели могут выражать свой гнев пребыванием «в тени» и это неудивительно. Нет особых причин подчиняться такой несправедливой системе, где физические лица с высоким уровнем дохода, как и юридические лица, которые «дробят» крупные корпорации на мелкие фирмы для того, чтобы попадать в категорию группы представителей малого бизнеса, могут не платить большую часть налогов либо из-за их политического влияния, либо просто из-за отсутствия широкого общественного резонанса.

Утверждают, что эта система была создана в качестве упрощенной системы, но эти схемы далеко не так просты. Например, все уровни налогообложения МСБ, за исключением сельскохозяйственного налога, основываются на обороте. Безусловно, для контроля оборота, необходимо вести учет, и уполномоченные налоговые администраторы должны иметь полное право на аудит этих счетов. Таким образом, в соответствии с проектом и намерениями законодателя, бухгалтерские книги, по крайней мере, в том, что касается оборота, требуют особого статуса. Кроме того, на большую часть покупок производственных ресурсов, сырья и материалов должно начисляться НДС, и соответственно покупатели, представители малых предприятий, должны получать выручку/квитанции. В заключение, представители II и III группы налогообложения могут использовать труд наемных работников. Таким образом, должен вестись официальный учет удержаний и валовой компенсации работника.

Так во всем мире, включая и Украину, существует миф о малом предпринимательстве. Малый бизнес воспринимается в качестве небольшого продавца или трейдера, возможно без активов, который едва сводит концы с концами и не способен вести базовую бухгалтерию. Эта ситуация, однако, не характерна для Украины, где уровень грамотности составляет более 90%, а бухгалтеры, юристы, врачи, и другие специалисты высоко образованы и имеют существенные доходы. При этом почему-то бытует мнение, что правительство должно снизить налоговую нагрузку на таких лиц, поскольку они не могут определить, больше ли у них денег на счетах в конце дня, чем в начале. По этим и другим причинам, я считаю, что необходимо приостановить проведение настоящей налоговой реформы до тех пор, пока система налогообложения малого и среднего бизнеса не будет свернута. Это просто вопрос здравого смысла и справедливости. Как уже отмечалось, часть реформы должна включать в себя требование обязательного ведения простых счетов денежных средств и, при необходимости, правительство должно предоставить возможность бесплатного обучения для тех, кто на самом деле не может отобразить разницу между остатком денежных средств на конец и на начало дня. Если такие меры будут приняты, далее появится необходимость переходного периода, потому что для соответствующих групп существенно увеличится налоговое бремя. Эти налогоплательщики не делали ничего противозаконного, поскольку сам закон поощрял такое поведение. Соответственно, представителям этой группы следует дать возможность приспособиться к изменившимся правилам с помощью поэтапного перехода.

  • Расширить базу НДС и начать возмещение средств

На мой взгляд, автор справедливо отметил основные проблемы с НДС, в том числе необходимость расширения базы и оперативного возмещения средств (по крайней мере, в группе налогоплательщиков НДС). Автор отмечает необходимость учитывать только чистый НДС как доход бюджета, возможно, с использованием специального счета. Проблема задержек по возмещению НДС присуща как Украине, так и практически всем странам с переходной экономикой, и я рекомендовал использование таких счетов, надо сказать с переменным успехом, и в других странах. Крайне важно, все-таки публиковать движения и остатки по такому счету. Также, чтобы обеспечить целостность системы, необходимо регулярно проводить его независимый аудит. Вне зависимости от выбранного метода, правительство должно показать, что в состоянии придерживаться своих собственных законов в случае с возмещением НДС.

Выводы

Украине крайне необходима радикальная налоговая реформа, но в украинском контексте радикальность означает расширение налоговой базы и ликвидацию ярко выраженной неэффективности в текущей системе. На проведение таких реформ уйдет не один год, и, поэтому я считаю, что предположение автора о фиксировании налогового законодательства на определенный промежуток времени в неизменном виде является нереальным и нецелесообразным. Обязательным условием успешной налоговой реформы является ее поэтапное внедрение. Улучшение администрирования и борьба с коррупцией являются необходимыми элементами, на эффективное внедрение которых потребуется время. Кроме того, налоговая реформа — это не просто изменение законодательства. В законе будут какие-то недоработки, и со временем необходимо будет принимать различные дополнительные положения, информировать население, и проводить изменения поэтапно, потому что правительство, как и все экономические агенты, имеет ограниченные ресурсы и не может сделать все и сразу. Кроме того, для разъяснения правил и планов по реализации необходимо будет и участие общественности. Демократическое участие общественности требует времени, чтобы выслушать, обменяться мнениями, и найти прозрачные средства для реализации реформы.

Ни одна страна не должна накладывать мораторий на изменение налоговых процедур, потому что экономические условия постоянно меняются, появляется новая информация, накапливается опыт, и определяются неоднозначные правила. Налоговое законодательство, как и все демократические институты, является одним из видов органической нормативно-правовой базы, которая должна развиваться с течением времени, чтобы быть эффективной. То, чего следует ожидать налогоплательщикам, — это стабильная система развития налогового законодательства. Она должна быть прозрачной и продемонстрировать постепенное искоренение коррупции, справедливое отношение к налогоплательщикам, при условии соблюдения всех законодательных норм с их стороны.

Итак, следуя нескольким простым правилам, Украина извлечет для себя выгоду и создаст последовательные ожидания:

  1. Уловки не сработают. Такие привлекательные понятия, как эстонская модель, понижение ставок без компенсации увеличения доходов, дискриминационная политика, и налоговые амнистии, как правило, не работают.
  2. Управляйте ожиданиями, принимая во внимание тот факт, что налоговая реформа должна быть скоординирована с другими экономическими реформами, и что она действительно является частью процесса длительного обучения.
  3. Начните, с того, что у вас есть и расширьте базу.
  4. Уменьшите влияние политики в сфере налогового администрирования настолько, насколько это возможно. Например, запретите Главе Государственной налоговой службы задавать вопросы о проверках любых лиц (юридических или физических), кроме случаев расследования коррупции со стороны налоговых чиновников.
  5. Для коррупции требуются двое. Кто-то должен изъявить желание заплатить взятку коррумпированному налоговому чиновнику, и поэтому очень важно убедиться, что добросовестные плательщики могут без особых затрат обойти коррумпированных чиновников налоговых органов, не навлекая на себя последующие репрессии. К тому же, очень важно оберегать неподкупность налоговой администрации. Частично этот результат обеспечит максимальная деперсонализация налоговой системы, а частично — прозрачная административная реформа.

Одним словом, честность и тяжелый труд заменить невозможно. Проведение налоговой реформы потребует немалых усилий. Выход в этой ситуации один – правительство должно собрать налоговые поступления с тех, кто увиливает от уплаты налогов. По этой причине, крайне важно внедрять все ограничения в максимально прозрачной манере, чтобы радикальная реформа проходила упорядочено.

Источники

Неделя Налоговой Реформы

Налоговая Реформа — Что Обсуждается (Павел Кухта, член Редколлегии iМоРе)

Открытое Письмо к Экспертному Сообществу и Министерству Финансов Украины от Группы Экономистов VoxUkraine

Модернизация Налога на Прибыль Станет Драйвером Роста Экономики (Анатолий Амелин, венчурный инвестор, основатель аналитического центра «Amelin Strategy»)

Павел Себастьянович: Средний и Малый Бизнес Вытеснен с Легального Поля Высокими Ставками Налогов (Павел Себастьянович, Гражданская платформа «Нова Країна»)

Олег Гетман: Упущен Один Достаточно Важный Момент в Реформировании НДС (Олег Гетман, экономист, эксперт группы Налоговая реформа, Реанимационного пакета реформ)

Владимир Дубровский: 1-2% ВВП в Виде Дополнительных Доходов Бюджета в Результате Урезания Упрощенного Налогообложения — Нереалистичные Цифры (Владимир Дубровский, эксперт Реанимационного пакета реформ)

Сергей Кривошеев: Малый Бизнес не Получает Налоговых Субсидий и Преференций (Сергей Кривошеев, сокоординатор группы «Экономика и предпринимательство» Гражданской платформы «Нова Країна»

Татьяна Прокопчук: Бизнес Считает, что Необходимо Упростить Процесс Администрирования Налогов (Татьяна Прокопчук, Вице-президент по вопросам стратегического развития Американской торговой палаты в Украине)

Анна Деревянко: Украинской Налоговой Системе Нужны Глубинные Изменения, «Косметический Ремонт» не Поможет (Анна Деревянко, исполнительный директор Европейской Бизнес Ассоциации)

Михаил Соколов: С Имеющимся Уровнем Фискальной Нагрузки не Стоит и Мечтать об Экономическом Росте (Михаил Соколов, заместитель главы Всеукраинской аграрной рады)

Украине Нужна Радикальная, но Грамотная Налоговая Реформа (Андерс Ослунд, старший научный сотрудник Атлантического совета США в Вашингтоне и автор книги “Украина: Что пошло не так и как это исправить”)

Алексей Геращенко: Министерство Финансов Готовит Собственные Предложения Практически в Закрытом Режиме (Алексей Геращенко, экономист, предприниматель, преподаватель финансов kmbs)

Роман Жарко: Основная Проблема Налоговой Системы — Использование Фискального Механизма Достижения Поставленного Плана по Сборам (Роман Жарко, к.э.н., Менеджер по налогообложению Baker Tilly)

Налоговая Реформа в Украине или Как Достичь Невозможного (Владимир Дубровский, эксперт Реанимационного пакета реформ)

Налоговая Реформа Сквозь Призму Макроэкономической Стабильности: Взгляд НБУ (Дмитрий Сологуб, заместитель главы Национального банка, Сергей Николайчук, директор департамента монетарной политики и экономического анализа НБУ)

Налоговая Реформа Определит Будущее Украины (Павел Себастьянович, координатор группы “Налоги” ГП “Нова Країна”)

Налоговая Реформа Грузии: Чему Поучиться Украине (Елена Белан, главный экономист Dragon Capital, член редколлегии VoxUkraine)

Макроэкономические Последствия Налоговой Реформы (Юрий Городниченко, профессор Калифорнийского университета в Беркли, сооснователь и член Редколлегии VoxUkraine)


Внимание

Автор не является сотрудником, не консультирует, не владеет акциями и не получает финансирования ни от одной компании или организации, которая имела бы пользу от этой статьи, а также никак с ними не связан.